Современный телевизор Samsung OLED / Neo QLED в интерьере. Источник: Samsung
Samsung планирует существенно упростить номенклатуру своих телевизоров, отказываясь от текущих технических аббревиатур в пользу более интуитивной иерархии. Новая система, схожая с неймингом смартфонов Galaxy S, будет включать три уровня: Basic, Plus и Ultra.
Переход к унифицированной системе названий
Вместо использования специфических обозначений, таких как OLED, Neo QLED или Micro RGB, Samsung намерен классифицировать свои телевизоры по уровням производительности и функциональности. Эта стратегия призвана облегчить выбор для потребителя, который больше не будет вынужден разбираться в тонкостях технологий подсветки и панелей. Новая схема, вероятно, будет интегрирована под общим брендом AI TV, что подчеркивает продолжающуюся ставку компании на искусственный интеллект, как это было видно по внедрений Vision AI Companion в 4K и 8K моделях 2026 года.
Изменения в продуктовой линейке и фокус на Mini LED/Micro LED
По данным корейского издания Etnews, ожидается прекращение выпуска бюджетной линейки Crystal UHD. Более значимым изменением станет сворачивание массового производства телевизоров на квантовых точках (QD). Этот стратегический сдвиг означает, что в премиум-сегменте Samsung будет полностью сосредоточена на технологиях Mini LED и Micro LED. Есть предположения, что к 2028 году модели Neo QLED могут полностью исчезнуть с рынка.
Причины реформы и рыночная ситуация
Основная цель реформы — упрощение выбора для потребителя и поддержание лидерства на глобальном рынке телевизоров, где Samsung занимает первое место на протяжении 20 лет. Несмотря на доминирующее положение, конкуренция усиливается: в первой половине 2026 года китайская TCL достигла 14.1% рынка по объемам поставок, что приближается к 18.7% доли Samsung. Упрощенная система названий призвана укрепить позиции Samsung, сделав её продукты более доступными для понимания широкой аудитории.
На фоне этих изменений финансовое положение Samsung демонстрирует устойчивый рост: недавно квартальный доход компании впервые превысил 100 триллионов вон, что свидетельствует о наличии ресурсов для таких масштабных стратегических изменений.