Ярко красный McLaren F1 GTR 1996 на трассе. Источник: RM Sotheby’s
От музыканта к коллекционеру: как McLaren стал собственностью Ника Мейсона
В августе аукционный дом RM Sotheby’s выставит на торги McLaren F1 GTR 1996 года — не просто редкую гоночную машину, а легендарный болид с безупречной родословной. Стартовая цена в $35 млн ($1,435 млрд гривен) демонстрирует, что речь идет не о транспортном средстве, а об инвестиции мирового масштаба. Главная фишка: машина принадлежала Нику Мейсону, барабанщику и основателю Pink Floyd, одному из самых авторитетных коллекционеров автомобилей в истории.
Мейсон известен своим безупречным вкусом — в его собрании уже присутствуют Ferrari 250 GTO и Maserati 250F. Когда в 1999 году этот McLaren появился в его коллекции, машину специалисты из Lanzante Limited адаптировали для использования на дорогах общего пользования, сохранив при этом всю сущность гоночного чудовища.
Шасси 10R: первенец нового поколения
Речь идет о шасси номер 10R — первом из девяти экземпляров, созданных по спецификации 1996 года. Это не серийный образец, а один из двух прототипов «Short-Tail», разработанных параллельно с машиной 01R, которая впоследствии выиграла 24 часа Ле-Мана в 1995 году. По сути, перед нами экспериментальная платформа, на которой McLaren апробировала революционные технические решения.
Легендарный McLaren F1 GTR в ливрее 96 GTR. Фото: RM Sotheby’s
Техническая революция, упакованная в красный металлик
Версия 1996 года — это кульминация эволюции McLaren F1 GTR. Инженеры из Woking провели радикальную переработку аэродинамики: удлинили переднюю и заднюю части, установили новый сплиттер, обеспечивший значительный прирост прижимной силы. Но главный ход — использование магниевого корпуса коробки передач и усиленных внутренних компонентов, что позволило сбросить 38 килограммов веса.
Парадоксально, но 1996 GTR оказался быстрее даже чем модификация Long Tail 1997 года — при всех остальных равных условиях. Это демонстрирует, насколько продуманным был инженерный подход McLaren к оптимизации. Машина получила не просто улучшения, а комплексное переосмысление конструкции.
Спартанский салон гоночного болида. Фото: RM Sotheby’s
От испытательного полигона к дорогам
История этого конкретного экземпляра началась в декабре 1995 года на заводе McLaren в Woking. Первоначально 10R служил тестовым стендом и рекламным инструментом — его легко узнать по фирменной ярко-красной ливрее с желтой графикой «96 GTR». За рулем побывал даже профессиональный гонщик Джей-Джей Лехто, проводивший зимние испытания во Франции.
Но настоящую известность автомобиль обрел позже, когда стал частью коллекции Ника Мейсона. На отличие от большинства суперкаров в его собрании, этот McLaren был адаптирован для реальной дороги — теперь его можно встретить не только на частных треках, но и в городском трафике.
Моторный отсек с золотой термоизоляцией. Фото: RM Sotheby’s
Почему $35 млн — это не просто число
Уникальность этого лота определяется тройным совпадением редчайших обстоятельств. Во-первых, это прототип 1996 года — самая передовая и скоростная итерация GTR. Во-вторых, машина имеет прямую связь с победой на 24 часах Ле-Мана. В-третьих, она прошла через руки музыканта с безупречной репутацией коллекционера.
Если прогноз сбудется, речь пойдет о новом ценовом рекорде для модели McLaren F1 GTR. Это будет не просто покупка автомобиля, а приобретение куска истории высоких технологий и спортивного автомобилестроения конца XX века.