Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

0
11

Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

Для меня Пласидо Доминго особенный человек с невероятно положительной энергетикой

Оперная певица объяснила, почему украинская консерватория должна убрать Чайковского из своего названия

Звезда мировой оперы и солистка Национальной оперы Украины Людмила Монастырская в эксклюзивном интервью «Информатору Украина» рассказала о своих отношениях с Пласидо Доминго. А также о своем отношении к исполнению произведений Чайковского и других российских классиков в украинских и зарубежных театрах. Еще оперная дива вспомнила, как  Анна Нетребко предупреждала ее о приближении войны и отношении за рубежом к российским исполнителям сейчас.

Возить на гастроли русский репертуар недопустимо

– Людмила, Нацопера отказалась от спектаклей на музыку Чайковского и других российских композиторов. Действительно ли музыка может повлиять на что-либо глобальное с точки зрения политики и национальных отношений? В чем смысл этих отмен?

— Национальная опера Украины – это главный театр нашей страны, поэтому во время войны здесь не может быть русского репертуара. Хотя сами по себе эти известные русские композиторы – гении, потому что написали произведения, которые не одно столетие исполняются во всем мире. То, что писал Чайковский, это жемчужины. Но отказ от этой музыки это не только политическое, но и морально-нравственное решение. Это вполне логичная реакция, если происходит геноцид и наш самый ярый враг, наш ближайший сосед, при этом, хочет стать нами. Ибо эти московиты к Киевской Руси вообще не имеют никакого отношения. Даже название они забрали…

Исчезновение из репертуара балетов Чайковского это определенное испытание для танцовщиков балета, потому что это возможность для них показать свой очень высокий уровень. Потому что «Спящая красавица» или «Лебединое озеро» это тоже жемчужины. Но все равно, непонятно, как некоторые театры, желающие получить статус Национального, возят на гастроли русский репертуар.. По моему мнению, это не допустимо.

Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

Я мечтала стать поп-певицей, но мама и преподаватели решили иначе

— Каково ваше отношение к тому, что многие требуют убрать фамилию Чайковского из названия музыкальной академии, а руководство упирается?

– Это вопрос к ректору. Но мое мнение такое, какие бы корни у Чайковского ни были, даже украинские, это представитель имперской культуры. Другое дело, что раньше иначе и не могло быть. Человеку давали возможность творить и развиваться при империи или никак. Чайковский сегодня является титульным представителем культуры страны, которая сейчас совершает геноцид украинского народа. Я тоже в свое время исполняла и «Пиковую даму» Чайковского, и его Татьяну в «Евгении Онегине» или «Сказку о царе Салтане» Римского-Корсакова и это была для нас профессиональная лестница, но уже долгое время этих партий нет в моем репертуаре.   

— Разве так принципиально музыкальной академии вообще носить чье-то имя, может отменить эту традицию? Или лучше поменять на имя другого именно украинского композитора?

— В украинском культурном наследии многие композиторы достойны того, чтобы их именем назвали академию. Просто нужно учитывать ситуацию, которая сейчас сложна и серьезна. Хотя мы люди искусства космополиты. Но когда мы говорим о времени когда идет война и гибнет целый народ то здесь уже не может быть полутонов. Здесь либо черное либо белое, серого быть не может.

– За рубежом продолжают исполнять произведения Чайковского и других российских композиторов – это результат либерализма руководителей этих театров или это их желание угодить всем?

— Я много гастролирую и знаю менталитеты других стран. Наверное, поэтому меня часто спрашивают, как они относятся к русской культуре. На что я отвечаю: «Так в их же двор не прилетел какой-то осколок». Они не варятся в этих воздушных тревогах и стрессе 24 на 7. Поэтому, наверное, они и относятся к этому со спокойным безразличием. У меня очень много было таких моментов, когда на закрытых мероприятиях прямым текстом мне говорили: «Отдайте скорее эти территории — пусть быстрее война закончится». Когда мне это говорят итальянцы, я им отвечаю: «Чего же вы тогда не отдадите Сицилию или Сардинию?» 

— Может быть такое, что российская классика не вернется в репертуар украинских театров в ближайшие сто лет, как в свое время в Израильских театрах отказались от исполнения произведений Вагнера за его антисемитскую позицию?

– Думаю, что это вполне возможно. Уже погибли многие лучшие представители украинского генофонда и это серьезный повод.

  – Говорят, что в начале XXI века моду на русскую музыку на западе вернул Гергиев. Остсается ли эта мода сейчас, меньше ли теперь звучит там русская классика?

– Исторический факт, что для России искусство тоже является оружием. Поэтому в это всегда вкладывалось очень многое и пропагандировалось не один десяток лет. Сейчас это не причина, а следствие, что в Европе или Америке звучит много их музыки. И они не собираются убирать ничего из российской классики. Одна-две страны, может, это и сделают, но целый мир этого не будет делать. Очень много людей не знают, не углубляются и не хотят знать всего этого.  

Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

Чайковского и русскую классику убрали из украинских театров и это может продлиться 100 лет

В Нетребко вкладывались на государственном уровне

— Но некоторые театры разорвали контракты с Нетребко, а вас пригласили петь вместо нее. Приходилось ли вам с ней раньше пересекаться и известна ли вам ее реакция, когда вы встали на ее место?

– Конечно мы общались с ней и мне известна ее реакция. Она говорит, что не хотела этой войны, была против и боялась, что начнутся военные действия. Но ведь это так она говорит. Естественно, она человек системы и в ее имя и карьеру вложили очень много. Это не просто так человек ездит себе на гастроли, как многие другие. В нее вкладывались на государственном уровне. Она лицо РФ. Хотя она не единственная из таких. Конечно, она прекрасная профессиональная певица и трудоголик. В последний раз мы общались с ней в Неаполе в первые дни войны.

Говорили и перед самой войной. Она тогда мне говорила, что очень боится, что война начнется. Мне даже странно было от нее такое слышать. Думаю, что она что-то знала, где-то слышала, потому что для меня это была полная неожиданность… Когда мой ребенок со всеми своими животными выезжал уже на третий день обстрелов, как и многие наши соотечественники… А у меня как раз был спектакль 26 февраля, а 27-го я должна была быть в Киеве и уже был билет… Я даже не знаю, где у меня взялись силы доработать контракт… В конце концов я улетела в Варшаву.    

— Учитывая то, что за границей многие россияне как публика восприняли вас в ролях, которые раньше исполняла Нетребко, были ли какие-то провокации или угрозы?

– Не было ничего такого. Причем выходила я не только вместо Нетребко. Например, в марте 2022 года у меня был концерт в Лиепае в Латвии я пела большой концерт в двух отделениях с симфоническим оркестром вместо другой российской певицы Хибли Герзмава. А вообще той весной у меня было много концертов в поддержку Украины. В частности, в парижском театре Гарнье (Гранд-опера), где мы собирали средства на ВСУ. Но даже война не повлияла на то, чтобы у наших исполнителей стало больше работы… А у россиян не стало меньше контрактов, может, даже больше стало. Такой парадокс и как это объяснить не знаю. У той же Анны Нетребко с контрактами все в порядке.    

Чтобы помочь Каррерасу Пласидо Доминго создал анонимный фонд

– Вас называют любимицей Пласидо Доминго и он именно вас зовет в партнерши в отдельных спектаклях. Как произошло ваше знакомство и какие эмоции тогда испытывали?

– Это было в 2012 году в Валенсии, когда я пела, а Пласидо стоял за дирижерским пультом. А потом в 2013 году в Лондонском Ковент-Гардене мы стояли на одной сцене уже как коллеги в опере «Набукко».  И это была его дебютная роль как баритона. Потом мы еще вместе пели «Макбет», «Двое Фоскари» и в других операх. Для меня он особенный человек с невероятно положительной энергетикой, просто заряжающей всех возле себя. Мне кажется, что рядом с ним мы все становимся лучше. Его отношение к людям очень ценно. Кроме того, это уникальный певец он еще личность и человек-легенда. Он никогда не откажет своим поклонникам. Я видела, как он ведет себя с ними. У него под гримеркой стоят очереди – он всем уделит внимание. К тому же у Пласидо феноменальная память. Он помнит всех по именам и даже может помнить о чьем-то племяннике или дочери и обязательно расспросит о них.

Еще помню, я когда-то пела французскую музыку, а Доминго тогда дирижировал оркестром и помог мне с коучем по французскому языку. Он дал мне человека, с которым он сам занимается. Он поддерживает коллег и очень любит голоса и талантливых людей. У него даже была такая история, когда Хосе Каррерас заболел раком и ему необходима была операция, Доминго создал анонимный фонд и отправил через него деньги на операцию. Проблема была не только в том, что они конкуренты, но и в том, что Каррерас не хотел брать помощь от коллег. Мне кажется, что у Пласидо проявляется любовь к людям в геометрической прогрессии. Он просто поражает и это не только мое мнение. Я это слышала от многих коллег.   

Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

у Пласидо Доминго проявляется любовь к людям в геометрической прогрессии

– Новых опер почти не появляется, а если это происходит, то чаще они экспериментальны. Какое у вас отношение к новым формам в этом жанре?          

– Все имеет право на жизнь и режиссеры сейчас внедряют в постановки креативные идеи. Бывает, что мы подписываем контракт на свою партию и что будет дальше на репетициях сам бог знает. Разное бывало…. Вот к примеру — до войны была очень необычная постановка «Набукко» Кирилла Серебренникова. Это было в Гамбурге. По его идее, все персонажи были представители ООН. Мы сидели спиной к зрителям и даже не видели дирижера. Все было очень странно. Чтобы спеть соло, мы выходили на трибуны.

А еще тогда было много беженцев из Сирии и Кирилл между музыкальными фрагментами, написанными Верди, вставил вкрапления, в которых обычные люди с улицы (по крайней мере, так выглядело) играли свою музыку. Но это Германия, у них всегда креативно, даже эпатажно, и это пользуется большой популярностью. У меня более консервативный взгляд поэтому люблю что-то классическое, красивое и гармоничное. Люблю красивые расшитые шедевральные костюмы. Если это XVII век, то костюм должен соответствовать этому периоду. А прыгать вокруг одного стула, так мы и в жизни можем такое сделать.

Мировая звезда Людмила Монастырская: На закрытых мероприятиях за границей говорили, чтобы мы поскорее отдали свои территории

Люблю красивые расшитые шедевральные костюмы

—  Появлялось ли у вас желание стать поп-певицей?

— Да, я хотела стать поп-певицей. Я с четырех лет все это слушала и пела. У нас много было пластинок советских эстрадных звезд, подборок романсов. У меня и мама очень хорошо пела. Причем не так, как у нас это принято за столом, но и на сцене. Моя мама – это самый дорогой человек которому я обязана всем. Она поддерживала меня с самых маленьких лет… Ездила со мной на вступительные экзамены в музыкальное училище и консерваторию, и часами ждала меня на Майдане Незалежности… У нее три дороги были в жизни: педагог, певица или журналистка. Но моя бабушка хотела, чтобы она стала педагогом. Мама сделала свой выбор в пользу школы и всю свою жизнь преподавала филологию в старших классах…

Кроме того, при нашей общеобразовательной школе были супруги преподаватели музыки — Галина и Сергей Фурса, которые давали мне репертуар, который развивал меня как вокалистку. Потом они меня повезли в музыкальное училище имени Глиера на прослушивание, потому что у нас в Черкассах не было классического отделения. Но в эстраде они меня не видели. Они да и мама увидели у меня задатки голоса, который можно развивать и сделать из меня классическую певицу. Да и Иван Игнатьевич Паливода — мой преподаватель в училище увидел у меня незаурядные способности, поэтому уже с 15 лет я начала учиться как классическая певица

— Возникала ли зависть к Оле Поляковой или Тине Кароль, которые за концерт получат гораздо больше, хотя вокально слабее вас?

— Каждый сам имеет право выбирать свой жизненный путь, а ты более творческий. Кроме того, мне не присуща зависть. А также очень люблю свою профессию и свой жанр. Здесь можно совершенствоваться всю жизнь. Просто в юности и в более зрелом возрасте будут разные интерпретации одной и той же партии. 

Что касается моего гонорара – я не жалуюсь на свои гонорары. В Нацопере я, как и все мои коллеги, работаю за зарплату. А в других странах, в других театрах – другие условия. У Ковент-Гардена свои контракты, гонорары и налоги, а у Мертополитена Опера – свои. Вот. например в США я плачу налог 30 процентов от гонорара … 

– Как вы любите отпраздновать премьеру и что в вашем понимании шикарная жизнь?

– Я бы не сказала, что я веду шикарный образ жизни. Мы любим с друзьями пойти в какое-нибудь заведение. Я люблю морепродукты, особенно устрицы. 

Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы не пропустить важные новости. Подписаться на канал в Viber можно здесь.

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ