Пограничники, которым трудно отказать: как наш журналист выживал в горах на границе с Румынией

0
10

Пограничники, которым трудно отказать: как наш журналист выживал в горах на границе с Румынией

Туристическое путешествие легко может завершиться в бордере – тюрьме на пограничной заставе. Коллаж: Информатор-Украина

Наш корреспондент решил проверить на собственном опыте, что приходится пережить уклонистам, перебирающимся через горы в Румынию и как их ловят пограничники

Корреспондент Информатора Игорь Рец решился на уникальный эксперимент: он прошел тропой уклонистов в горах вблизи границы с Румынией. Своей целью он ставил пообщаться с уклоняющимися, чтобы понять – зачем они идут на огромный риск, пытаясь скрыться с родины. 15 мая Игорь поднялся в горы, добрался до деревянного домика, который продувался ледяными ветрами — все называют его колыбой. Вскоре его встретили пограничники.

Адвокаты уверены, наш журналист ни разу не нарушил законы. Он двигался только по туристическим маршрутам, не приближался к границе менее чем на 17 км. Более того, он мог бы это доказать, поскольку взял с собой сразу два GPS-трекера, фиксирующие маршрут, который он прошел.

Однако пограничники, которые вели себя душевно, по-братски, попытались уговорить нашего корреспондента подписать бумаги с неверно указанным временем и местом задержания. Из-за их эмпатии трудно было отказать. Наш журналист нашел в себе силы сказать нет, поскольку к своему походу он подготовился основательно.

Кроме отличного снаряжения, запаса провизии и доказательств легальности собственного маршрута Игорь Рец получил консультацию адвокатов. Они объяснили, как будут действовать люди, пытающиеся его задержать. И как нужно себя вести, чтобы не попасть в неприятности.

Как все это было – в продолжении истории Игоря Реця. Мы уже рассказали, как наш журналист отправился в поход и с какой опасностью столкнулся на пути:

  • Часть первая. Как контрабанда душ в Закарпатье вытеснила контрабанду сигарет.
  • Часть вторая. Уклонистская колыба и ее жители.
  • Также читайте подробности об экипировке и снаряжении Игоря Реца: здесь он, в частности, объясняет, насколько реально дойти до границы с Румынией быстро и без ничего.

Пограничники, которым трудно отказать: как наш журналист выживал в горах на границе с Румынией

Точки маршрута нашего журналиста на фото Google Earth.

Братство зеленого креста

Двое мужчин, которые поднимались по тропинке мне навстречу, были похожи на отца и сына на рыбалке. Единственное отличие — автоматы, которые они тянули на лямках перед собой и еще знаки отличия на камуфляже.

Поинтересовавшись, с какой целью я здесь, пограничники признались: наблюдают за мной уже два дня с дрона. Видели, как я ходил по воду и собирал дрова возле ручья, поэтому решили навестить.

Мы отправились на место сбора. Оттуда машина должна была отвезти меня в пограничный пункт Богдан «для уточнения данных» и подбросить в ближайший населенный пункт.

Я мог отказаться ехать, ведь я не находился в охраняемой зоне, и на меня не составляли протокол, то есть факта задержания не было. Но я согласился. Я ожидал, что на пограничной заставе меня ждут встречи с теми, кто шел этим путем в Румынию.

Точкой сбора была лесная поляна на крутом подъеме в 300 метров. Возле поваленной сосны заготовлены дрова. Все указывало на то, что пограничники часто использовали эту точку для отдыха.

Фактически это место было рядом. Хотя из колыбы точку сбора пограничников не было видно, я часто любовался этим холмом, выходя за дровами и водой.

Мы разожгли костер, я поставил котелок на камни и ожидал, когда закипит чай. На пикапе приехали дронщики, закурили и стали делиться своими бытовыми проблемами.

Атмосфера была неподдельно братская. Братство зеленого креста. 

«Подбрось-подбрось», «сейчас мелкие дрова принесу», «переставь сюда котелок», — в этой суете начала навязчиво крутиться в голове мысль о том, что надо было взять в поход мяса для шашлыков.

Типичный уклонист — уже давно не айтишник

Обходительность, уважительность и душевность закарпатских пограничников – это уникальные для украинской правоохранительной системы черты, достигнутые за счет синергии закона Украины и закона джунглей. Пограничников отправляют на патрули с автоматами. При этом бегущие через границу фронтовики хорошо знают устав боевой службы и осведомлены об обстоятельствах, при которых пограничник может применять против них оружие.

Поэтому при сопротивлении пограничник часто не стреляет, а вступает в драку. Наглядно такая ситуация произошла в Закарпатье буквально на днях, когда беглец отобрал у правоохранителя пистолет, расстрелял обойму и скрылся в Румынии.

Бывает и по-другому. Во время моего отдыха на пограничных заставах разворачивался большой кипиш. Пограничник случайно убил человека в лесу, попав ему в голову.

Пограничники рассказывают байку, что типичный «горный уклонист» сейчас является айтишником, который бежит за границу, чтобы заработать денег. На самом деле, это не совсем так. Впоследствии мы познакомились с семью уклонистами, двое из них оказались штурмовиками.

Существует феномен – оружие в руках пограничника пугает «мирного» беглеца и вызывает азарт борьбы у того, кто умеет с ним обращаться. Пограничники не заинтересованы ни чтобы человек с ними сражался, ни чтобы он начал убегать. В первом случае они могут пострадать. Во втором им придется преследовать беглеца по горным склонам.

Первое инстинктивное решение человека на склоне – устремиться вертикально вниз. Это потенциально ведет к травме, но позволяет в случае удачи резко оторваться от пограничника, а если перебежать ручей – даже сбить собаку со следа. Человек, бросаясь с холма, рассчитывает, что ему один раз повезет.

Но если пограничник будет бросаться с обрыва за каждым встречным уклонистом, это означает, что ему должно везти все время. А так ведь не бывает.

Пять тысяч долларов взятки за инвалидность ветерана

Мы ожидали автомобиль около часа. За это время я успел познакомиться с ветераном АТО, который воевал под Изварино в 2014 году, обнаружил среди пограничников своего земляка, пообщался с киевлянином, который отправился служить добровольцем в 2022 году и которого до сих пор ждут в родной IT-компании.

Я жал руку участнику ныне уже легендарной обороны Луганской пограничной базы. Со мной делились воспоминаниями ветераны ожесточенных сражений лета 2014-го. 

В этот момент очень захотелось, чтобы автомобиль с командованием, который должен был меня забрать, не приезжал подольше. Но время пролетело быстро.

Бойцы рассказали, что все, кто сейчас ловит уклонистов в лесу, с боевым опытом. Парадокс состоит в том, что часто задерживать им приходится своих боевых товарищей, таких же ветеранов.

“Недавно задержали мужика, он шел в Румынию. При нем осколок, вооот такой, мой собеседник, пограничник, показывает ладонью сантиметров шесть, — врачи вытащили, как талисман носит. И медицинские документы. А в документах — еще один такой же осколок, но внутри. Мы ему говорим — зачем идешь на Румынию? Тебе с такими травмами положена инвалидность. Он отвечает, инвалидность так просто не дают, требуют 5 тысяч долларов”.

Пограничник рассказывает эту историю, закуривает и замолкает. Я прошу сигарету, закуриваю и тоже молчу, любые комментарии тут неуместны.

Как уклонисты вывели медведей на туристические тропы

Джип командира возникает у холма будто изниоткуда. Бодрый мужчина лет пятидесяти оценивает меня с ног до головы, тут же замечает нож и просит отдать.

— Под протокол будете изымать?

– Да нет, ну как ты на заднем сиденье и с ножом поедешь у меня за спиной?

— Ну, а факт моего задержания вы как-то будете фиксировать?

— Так сейчас вот отвезем тебя как раз оформлять протокол…

Наш разговор выходит не строгим, не официальным, но по-одесски деловым. Я отдаю нож командиру и сажусь на заднее сиденье.

— Я слышал, что людей вот так вот пограничники подбирают в лесу и везут на границу фоткать с собакой … Мол, попался не в 17 километрах, а прямо у румынской колючки.

— Глупости! Зачем нам это?

Командир показывает на вершину со сломанными смереками.

— Смотри! Видишь? Что это, как ты думаешь?

— Оползень…

— Ну, а как он образовался?

— Вода сошла?

– Нет! Бури… Ты вот ночевал в хижине, дождь был? А в двух километрах от тебя шел снег! Сейчас очень небезопасно. А ты здесь лазишь! Еще и в запретной зоне.

Мы поспорили о правомочности пребывания на туристическом маршруте и трактовке административного кодекса, но быстро вернулись к теме карпатских красот.

На смартфоне командира я вижу фото свежего медвежьего следа на снегу:

— Смотри, кого мы сфотографировали! А ты здесь тыняешься!

— Медведи не выходят на туристические тропы.

— Теперь выходят… Уклонисты идут, бросают всюду еду, а медведи ее слышат и приходят полакомиться именно на туристические тропы.

– Я не встречал ни медведей, ни их следов…

— Так радуйся! Тебе крупно повезло!

Командир выглядел серьезно, и в его словах было много смысла. Встреча с медведем самое страшное, что может произойти в горах. Такая встреча практически гарантированно приводит к гибели.

Есть шанс спастись, бросившись со склона вниз. Медведю сложнее двигаться по склону, чем человеку. Но в большинстве случаев убежать от этого сильного и опасного животного просто невозможно. На следующий день ГПСУ опубликовало это фото в своих соцсетях.

Telegram oembed: https://t.me/DPSUkr/20048

Братские пограничники предлагают подписаться под бегством в Румынию

Горными серпантинами машина привезла нас в пограничный пункт Богдан. Там пограничники осмотрели мой рюкзак в поисках “компрометирующих материалов”, то есть карт с пометками или кусачек для колючей проволоки.

Пограничники, которым трудно отказать: как наш журналист выживал в горах на границе с Румынией

Живописный городок Богдан со стадами коров на дорогах, которых погоняют маленькие пастухи. Фото: panoramio

По формату — это поверхностный осмотр, который также проводится добровольно. Поскольку у меня не было ничего, кроме еды, вещей и туристической утвари, я показал содержимое. Уже под протокол пограничник провел опись банкнот и документов и изъял их на время моей поездки в Деловое.

Полчаса ожидания – и я увидел протокол, в котором было указано, что меня задержали в 10 километрах от границы при попытке проникнуть в Румынию. Тут я натурально возмутился, ведь до этого ни один из пограничников мне такого не вменял.

К тому же у меня были данные спутниковых навигаторов, которые фиксировали мое местонахождение на момент задержания. А в самом протоколе было указано неверное время происшествия — 12:00, хотя событие случилось ранним утром.

Отказавшись подписывать протокол пограничников, я предоставил собственный протокол объяснений для суда, в котором тщательно изложил хронологию происшествия. Далее мы должны были поехать в Деловое.

Читайте уже в пятницу. От пограничников Игорь Рец попадет в гости в Хустский РТЦК и СП, который уже заслужил дурную славу. В марте девушка из Закарпатья рассказала жуткую историю, как ее парня похитили в Виноградове, доставили в РТЦК и СП Хуста, где жестоко мучили и избивали. После этого парень с многочисленными ранами и гематомами попал в реанимацию. Позиция РТЦК тоже стала известна. Там утверждали: мобилизованный нанес себе все эти травмы самостоятельно.

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ